91d9175f     

Аренев Владимир - Замечательное Превращение



sf Владимир Аренев Замечательное превращение ru ru Roland ronaton@gmail.com FB Tools 2005-07-30 340F09A6-8DFE-4E5F-BB19-716AFACB7C85 1.0 Владимир Аренев
Замечательное превращение
Первый могильщик (поет)
«Но старость, крадучись как вор,
Взяла своей рукой
И увела меня в страну,
Как будто я не был такой».
У. Шекспир1. «Опять прышел! Наследит, а ты убирай за ним».
Старуха отложила вязание; кряхтя, поднялась из кресла и шаркающей походкой направилась в маленькую прихожую.
— Чего топчешься? ступай на кухню, шчас приду! — крикнула она.
…Спина сегодня с утра напрочь позабыла о том, что способна разгибаться. Тяжело дыша, старуха еле-еле сползла с кровати и решила, что можно сделать себе выходной день; вернее, как раз не выходной, а наоборот — и никуда не выходила. За цигарками она съездит завтра.
До обеда сидела в кресле и вязала. (Нитки нынче стоят недешево, но она приспособилась распускать связанное и начинать все сначала. Старухи, торговавшие, как и она, цигарками, говорили, что выгоднее будет вязать и продавать теплые вещи, варежки, например; но она отказалась. «Дура,» — решили торговки). Хотелось есть, но из двух зол — голода и боли в спине — старуха выбрала первое.
«А теперь прышел — ползи. Поем зато».
Она дошаркала до кухни, недобро зыркнула на гостя и потянулась за кастрюлькой, чтобы сварить себе каши.
— Спина? — с участием спросил скелет.
Старуха насупленно промолчала.
2. Она торговала цигарки — было это февраля двадцатого. Ветер сыпал снежные зерна за воротник и в открытый чемодан. Сигаретные пачки даже под целлофаном намокали, теряли свою форму. «Завтра придется вклеить новые».
Вечерело. «Лукьяновская» выпускала людей, порцию за порцией. Еще пару часов — и можно будет идти домой. Она нащупала через боковой карман карман внутренний, потайной.

Семеновну под Новый год подловила какая-то шпана, отобрали все: и цигарки, и грош‚. «Ќроди клят‚!» — убивалась Семеновна. — «Фашисти, молокососи!» Старуха с тех самых пор и нашила потайной карман, куда потихоньку перекладывала бумажные купюры. Так было спокойнее.
Старуха стояла у заборчика, рядом с троллейбусной остановкой. Сумку с товаром тщательно привязала к металлическим трубкам позади, сама замерла над «витринным» чемоданом и внимательно смотрела на прохожих. Поймать взгляд клиента очень важно.

Иногда от этого зависит, подойдет ли он к тебе или к твоей сопернице.
Из дверей метро выплеснулась очередная волна пассажиров, а к остановке одновременно, один за другим, подъехало три 18-х. Конечно, люди от «Лукьяновской», сломя головы, ринулись через дорогу и дальше, к слепым троллейбусным коробкам.
Задрожал забор — кто-то решил не оббегать его, а перепрыгнуть.
Сигналили машины; гулко раскрывались двери, в которых вместо стекла были впаяны металлические листы.
Вышедшие из троллейбусов взбудораженным стадом потянулись к метро. «Димка!» — кричали в толпе. «Подожди, у меня пуговица оторвалась!» — «Счас, найдешь ты ее. Кидай и пошли».
«Ой, женщини! — воскликнула Филипповна. — Збожеволiли — дивiться внiматЁльно».
Но было уже поздно — какой-то парень в спортивной шапке, облегавшей голову так плотно, что из-под материи выпирали уши, со всего размаху ткнулся прямо в старуху. Она вскрикнула и упала на грязное ледяное крошево, чувствуя, как трескается и распадается на диски позвоночник. Выругалась: громко, надрывно — прохожие брезгливо отшатнулись.
— Ах ты!.. — захлебнулась, закашлялась.
Бабы стояли испуганные и не знали, как подступиться.
— Тебе больно, — сказали над головой, сзади.
Чей-то черный, заляпанный



Назад